Стокгольмский синдром — жертва влюбляется в своего мучителя: что такое, примеры, лечение

Когда в семейных отношениях муж поднимает на свою жену руку, и супруга не сопротивляется, то такое явление называется Стокгольмский синдром.

Стокгольмский синдром проявляется теплыми чувствами по отношению к мучителю

История появления

Это психологический термин, который характеризует следующее нарушение психики: жертва насилия чувствует страх по отношению к своему мучителю, но через некоторое время он перерастает в любовь.

Например, люди, которые находятся в заложниках, начинают проявлять понимание к своим похитителям и в какой-то мере даже не хотят сопротивляться.

Они привыкают к негативному отношению к себе, и спустя время жертва и мучитель становятся хорошими друзьями или влюбленной парой.

В 1973 году в одном из банков людей захватили в заложники. Они провели много времени с бандитами, что привело к возникновению симпатии. Преступник и жертва нашли общий язык и сблизились друг с другом. Жертва начала проявлять симпатию к преступнику, узнавать про его страхи и слабости.

Есть несколько случаев, в которых заложники начали по собственной воле помогать преступникам. Они отказывались от освобождения и хотели дальше оставаться в заложниках. Но Стокгольмский синдром может развиться не у всех людей, а только в 10-12% случаев. 

Причины

Психолог Анна Фрейд завершила исследования своего известного отца и рассказала всему миру о психологическом плане, которым пользуется человек в различных стрессовых ситуациях. Таким образом он пытается защитить свою жизнь.

Поэтому, согласно основным данным, жертва, находясь один на один с маньяком, начинает с ним флиртовать для того, чтобы он не причинил ее жизни вред. Причин для развития Стокгольмского синдрома выделяют несколько.

  1. Долгое совместное пребывание с обидчиком.
  2. Человеческое отношение со стороны маньяка к жертве. Такое поведение и вызывает у последней симпатию.
  3. Возможная угроза жизни жертвы.
  4. Выполнение жертвой всех указанных маньяком действий.

Развитие отношений между маньяком и жертвой описывают так:

  • из-за тесного общения преступник и жертва начинают чувствовать симпатию,
  • чтобы сохранить свою жизнь, жертва будет делать все, что ей говорит преступник,
  • во время разговора люди задают друг другу вопросы и рассуждают на различные темы, делятся накопившимися проблемами и своими мечтами, т. е. они раскрывают душу друг перед другом, т. к. могут считать, что это последний их разговор,
  • в результате жертва остается благодарной маньяку за сохранение ее жизни, поэтому старается ему помочь, поддерживает его.

После всего сказанного и пережитого вместе, люди чувствуют связь. Жертва не хочет, чтобы ее спасли, а маньяк чувствует симпатию к жертве.

Определение понятия Стокгольмский синдром

Признаки

Точно описать симптомы, которые присущи Стокгольмскому синдрому заложника, очень трудно. Рассматриваемый синдром не является серьезной патологией, но можно подчеркнуть 4 важных признака, которые говорят о наличии болезни. Стокгольмский синдром характеризуется такими чертами.

  1. На начальном этапе Стокгольмский синдром формирует у жертвы ощущение дереализации. Потерпевший думает, что то, что происходит в этот момент, простой сон.
  2. Длительные овладения или бытовые издевательства приводят к тому, что потерпевший начинает насквозь видеть своего насильника. Проблемы личного характера, наличие агрессии – все это выплескивается наружу.
  3. Помощь со стороны потерпевшего маньяку. В самом начале пострадавший считает, что своей помощью он спасет свою жизнь, и его поступки осознаны. Позднее он перестает контролировать свои действия, и все, что с ним происходит, приносит удовольствие.
  4. Пострадавший считает, что попытки спасти его жизнь могут пройти даром и произойдет что-то страшное. Поэтому выбирает сторону маньяка, а изначальный план спасателей игнорирует.

Симпатия к мучителю , признак синдрома

Проблема в семейных отношениях

Если мужчина агрессивно настроен по отношению к своей супруге, а она с каждым днем все больше влюбляется в своего мужа, то для их отношений характерен Стокгольмский синдром в семье.

Такой синдром бытового характера можно встретить во многих семьях. Существует много случаев, когда женщина переживает каждодневное насилие со стороны своего мужчины, но все равно продолжает с ним жить.

В современное время такими семейными отношениями никого не удивишь.

Стокгольмский синдром в семейном случае касается тех людей, которые имеют психологическое расстройство. В детстве их не любили, мало уделяли внимания. Практически всегда у них также присутствует комплекс недостойности.

Они живут по одному принципу: «Если не возражать своему обидчику, его агрессия будет уменьшаться». Жертва прощает насильнику все его негативные поступки.

Одним из самых известных видов семейного Стокгольмского синдрома является посттравматический вид. Он вызывает у человека зависимость.

Если человек пережил в своей жизни насилие, то его психика перестраивается. В итоге последующие унижения и негатив человек воспринимает как должное. 

Диагностика

В современное время существует психологическая практика, которая направлена на исследование у человека клиническо-психологических и психометрических характеристик. При помощи клиническо-психологического метода проводят поэтапное определение наличия синдрома.

Психолог задает больному специальные вопросы, по которым можно определить его психического состояние и наличие синдрома. В это время психолог имеет право вызвать родственников больного для подтверждения диагноза.

Избавление от проблемы

Лечение Стокгольмского синдрома осуществляется при помощи психотерапии. Применять медикаментозное лечение неуместно, т. к. многие больные считают себя полностью здоровыми.

Если правильно провести курс психотерапии, можно добиться желаемого результата. Если больной сам поймет, что он болен, вылечить его будет намного проще. Выливая свою боль словами, он сможет увидеть то, чего раньше вовсе не замечал.

Агрессию, избиения и тиранство можно предотвратить и больше не терпеть унижений.

Лечебный курс помогает больному:

  • контролировать свои мысли, которые часто появляются автоматически,
  • правильно оценивать свои эмоции,
  • делать выводы из негативных факторов в свою сторону и как-то реагировать на происходящее,
  • оценивать происходящее, понимать, что над ним издеваются,
  • видеть присутствие психического расстройства.

В период обострения синдрома вызвать скорую помощь нельзя, т. к. расстройство не является патологией. Лечение пройдет успешно, если человек самостоятельно поймет, что он жертва.

Но полностью излечиться не получится без консультации опытного психолога. Больного необходимо весь период лечения контролировать и наблюдать. 

Заключение

Человек, который каждый день испытывает унижения и избиения, но не хочет хоть как-то изменить свою жизнь, имеет психическое отклонение, которое называется Стокгольмский синдром. Чтобы помочь больному избавиться от него, необходимо знать, что это такое, и как он проявляется. Поставить диагноз и вылечить синдром помогут опытные психологи, которые проведут курс психотерапии.

Источник: https://eraminerals.ru/psihologiya/psihologiya-stokgolmskogo-sindroma

Стокгольмский синдром: что это? Стокгольмский синдром в семье

Это словосочетание довольно часто оказывается на слуху. Но не все знают, что оно означает. Что такое стокгольмский синдром? Это психологическое состояние, когда жертва влюбляется в своего похитителя. Этот синдром еще называется шведским, мюнхенским, скандинавским, брюссельским и копенгагенским.

Главным показателям, указывающим на человека с этим синдромом, является его заинтересованность в судьбе похитителя. На судебных заседаниях жертва дает оправдательные показания, требует смягчения приговора. Нередко сама нанимает адвоката, навещает в тюрьме и совершает другие подобные действия.

Когда заложники защищают террориста – это синдром Стокгольма.

Основные признаки стокгольмского синдрома

Во время захвата у жертвы включается своеобразный защитный психологический механизм. Она желает понравиться преступнику и совершает действия, которые совместимы с преступными. Это позволит террористу воспринять жертву в положительном спектре и не навредить ей.

Освобождение для жертвы становится потенциально опасным мероприятием, допустить которое ни в коем случае нельзя.

Вероятность получить пулю в лоб возрастает вдвое: либо при проведении освободительных мероприятий полицией, либо от самого преступника, в момент, когда ему уже нечего терять.

Со временем нахождения с преступником рядом, жертва больше узнает о нём: о его проблемах, надеждах и стремлениях. Появляются сомнения, мысли, что преступник на самом деле прав, и его действия верны

Пленник на подсознательном уровне погружается словно в игру, сон. Он принимает правила этой игры. В них захватчики – это люди, которые желают добиться справедливости, а те, кто спасает заложников полностью оказываются виноватыми в ситуации и в том, что происходит с террористами и жертвой.

Кто подвержен стокгольмскому синдрому?

Стокгольмский синдром идет из детства. Эта проблема чаще всего касается людей, недолюбленных мамой и папой. С таким ребенком не считались, постоянно огрызались, не воспринимали, как полноценного члена семьи, избивали и морально угнетали.

Жертва старается лишний раз не говорить слово поперек своему обидчику, считая, что таким образом агрессии с его стороны будет меньше. Одновременно насилие в ее сторону воспринимается как действие, которое должно быть, и без него не обойтись в сложившейся ситуации. Испытывая муки как физические, так и психологические, жертва все же оправдывает обидчика.

Кадр из фильма «Красавица и чудовище», 2017 г. Многие считают, что Белль проявила стокгольмский синдром к Чудовищу

Одной из причин, почему человек бывает подвержен стокгольмскому синдрому, является пережитое ранее физическое или психологическое издевательство. Психика нарушена, поэтому подсознание перестраивает информацию таким образом, что насилие – это необходимое наказание за какие-то прегрешения.

Развитие стокгольмского синдрома

Этот синдром не может развиться спонтанно на пустом месте, для его «активации» требуется ряд причин:

Нахождение в замкнутом пространстве с преступником бок о бок и один на один.Сильный страх перед обидчиком.Жертве кажется, что в этой ситуации отсутствуют пути спасения, и она смиряется с таким положением дел.

Спустя время заложнику начинает нравиться террорист, а в итоге может произойти так, что жертва влюбляется в маньяка. Потерпевший перестает осознавать себя как личность. Он в полной мере растворяется в агрессоре, ощущая его потребности, нужды и проблемы своими. Таким образом организм человека подстраивается под проблему, чтобы суметь выжить в самой сложной и невыносимой ситуации.

Стокгольмский синдром в семье

Вы видите на улице улыбающуюся пару: молодые мужчина и женщина, они выглядят счастливыми и довольными жизнью. Однако не всегда первое впечатление правдиво. Часто под маской подобного благополучия скрывается физическое или психологическое насилие внутри семьи. Бытовой стокгольмский синдром в семейных отношениях – не редкость.

При этом заболевании жертва вовсе не ощущает себя жертвой, наоборот, она остается верна своему обидчику, всячески защищает его и оправдывает его действия своими прошлыми ошибками. Для лечения потребуется помощь психиатра, самостоятельно с этой проблемой не справиться. Подобные вещи случаются не только между мужем и женой, но и между родителями и их детьми.

Многие женщины, которых избивает муж, подвержены Стокгольмскому синдрому

Бытовой стокгольмский синдром: супруги

Что такое стокгольмский синдром в семье, знают, конечно, не все. Это явление не настолько распространено повсеместно. Бытовое насилие вредит не только самой жертве, но и всему ее окружению. Близкие люди знают о происходящем, но по факту сделать ничего не могут. Жертва впадает в глубокую депрессию, ее воля подавляется, человек теряет свое «я».

Самый популярный и наглядный пример стокгольмского синдрома – это избиение жены мужем. Окружающим не ясна позиция женщины, что она остается рядом с мужем, продолжает жить с ним, словно ничего не происходит. Почему так? Почему она после первого же такого инцидента не уходит?

Читайте также:  Чем отличается страх от трусости

Многие из них оправдываются тем, что с мужем они не знали безбедной жизни, дети должны воспитываться в полной семье, а что скажут окружающие и другие подобные отговорки?

На самом деле – это стокгольмский синдром во всем его красочном проявлении влияет подобным образом на разум. Помочь сможет только врач или личная достаточно сильная мотивация.

Дети, вырастая в таких семьях, становятся жертвами априори. Они во всем видят негативный подтекст, даже когда отношение к ним направлено положительное. Вырастают такие люди депрессивными, ищущими постоянную несправедливость, которая обязательно направлена в их сторону.

Стокгольмский синдром может проявиться у детей одного из родителя, который терпел побои

Бытовой стокгольмский синдром: отцы и дети

В семейных отношениях стокгольмскому синдрому часто подвержены и дети. Те дети, которые не единственные и имеют других братьев и сестер, считают, что их любят меньше остальных; дети, которых бьют и действительно не любят и всячески унижают.

Ситуация осложнена тем, что ребенок – это маленький человек, он никак не может влиять на ситуацию и на события, происходящие с ним. Поэтому это заболевание остается с ним до конца жизни.

Такой ребенок доказывает родителям, что он достоин их внимания, достоин любви и ласки, но если его попытки потерпят фиаско, он начнет думать, что он не такой как все, хуже, некрасивый, глупый и т. д.

Лечение стокгольмского синдрома

Страдающему стокгольмским синдромом излечиться самостоятельно практически невозможно.

Поэтому на помощь должны прийти психиатры или сторонние люди, которые могут оказать такое же влияние, сопоставимое с силой воздействия того самого маньяка.

Главная проблема больных людей этим недугом в том, что их сложно или даже практически невозможно убедить в том, что ситуация действительно вышла из-под контроля, и они подвергаются жестокости

Они продолжают искать причину в себе, копаясь целыми днями в собственной голове, еще глубже уходя в себя. Стокгольмский синдром у женщин – более частое явление, чем у мужчин. Связано это с эмоциональным состоянием и ранимой душой у слабой половины человечества.

Есть единственный выход – жертва должна быть уверена в завтрашнем дне, она должна видеть, что жизнь продолжается, что в ней еще остались какие-то иные положительные моменты, ради которых стоит отвлечься. Это поможет встать на ноги, ощутить прилив свежих сил.

Часто лечение не заканчивается через пару месяцев беседы с психотерапевтом, обычно это годы усердных аутотреннингов и медикаментозного лечения. Но останавливаться не стоит, каждый человек – это отдельная независимая личность, которая не должна быть ведома кем-то другим.

Кадр из фильма ««V» значит Вендетта», 2006 г. Героиня Натали Портман в какой-то момент начала сочувствовать похитителю «V»

Из истории понятия

Нильс Биджерот – создатель самого понятия «стокгольмский синдром». Сущность и история термина «стокгольмский синдром» идет из 1973 года. Тогда террористы захватили заложников в банке и держали под дулом пистолета почти неделю.

Поначалу все шло по стандартному сценарию. Но позже во время захвата полиция была повергнута в шок, когда поняла, что заложники всячески защищали своих обидчиков, мешая при этом выполнять свою работу. Дальше последовало совсем странное.

После заключения под стражу террористов, заложники потребовали амнистии, а одна развелась с мужем и поклялась, что будет верна одному из захватчиков, который совсем недавно грозился убить ее. Через некоторое время две женщины «жертвы» обручились со своими обидчиками.

С тех пор синдром, когда жертва влюбляется в своего мучителя, называется стокгольмским.

Источник: https://sunmag.me/sovety/16-03-2014-stokgolmskij-sindrom-chto-eto-stokgolmskij-sindrom-v-seme.html

Загадки человеческой психики: Стокгольмский синдром

Каких только сюрпризов не преподносит человеческая психика. Казалось бы, жертва ни при каких обстоятельствах не должна относиться с пониманием и симпатией к своему мучителю.

Тем не менее такое случается, и называется это явление стокгольмским синдромом. Чаще всего он проявляется при захвате заложников. Стокгольмский синдром не является психическим заболеванием, но еще не до конца изучен и вызывает бурные споры в научных кругах.

ИДЕНТИФИКАЦИЯ С АГРЕССОРОМ

За 37 лет до того, как это явление получило название «стокгольмский синдром», оно было описано Анной Фрейд, дочерью и последовательницей известного психолога Зигмунда Фрейда. Анна Фрейд считала, что сознание человека, попавшего в стрессовую ситуацию, создает определенные блоки.

Например, жертва оправдывает все судьбой, которую не изменить, или отказывается принимать то, что происходит, за реальность, или пытается объяснить поступки того, кто стал причиной всех бед. Это помогает отвлечься и отстраниться от мыслей о реальной угрозе. Такой механизм психологической защиты, эмоциональной связи с тираном, дочь Фрейда назвала «идентификация с агрессором».

Термин «стокгольмский синдром» появился после захвата заложников в Стокгольме. 23 августа 1973 года в один из банков шведской столицы вошел Ян-Эрик Улссон, только что освободившийся из тюремного заключения. В руках у преступника был пистолет, он выстрелил в воздух со словами: «Вечеринка начинается!»

Полиция отреагировала практически мгновенно, но Улссону удалось ранить одного из прибывших полицейских, а другому под дулом пистолета он приказал спеть «Одинокий ковбой». Долго ли продолжался бы этот спектакль, неизвестно.

Но один из клиентов банка, пожилой мужчина, нашел в себе смелость потребовать у бандита прекратить это издевательство и отпустить полицейского. Удивительно, но Улссон отпустил не только полицейского, но и его защитника.

В заложники преступник взял сотрудников банка — трех женщин и одного мужчину. Он закрылся с ними в хранилище, маленькой комнате 3 на 14 метров. И началась драма, длившаяся 6 суток. Требования Улссон выдвигал следующие: 3 миллиона крон, оружие, автомобиль, освобождение Улофссона, его сокамерника. Последнее было выполнено сразу.

Правда, с Улофссона взяли обещание, что тот успокоит террориста и поможет освободить заложников. За это ему было обещано помилование. Но власти не знали, что ограбление было устроено именно и только для того, чтобы Улофссон оказался на свободе.

Полиция не могла решиться на штурм, ибо полицейские психологи считали, что преступники могут пойти на любые меры. К тому же через три недели должны были состояться выборы, и власти не могли допустить скандального завершения операции и гибели заложников. Ну и, наконец, этот банк обслуживал всю стокгольмскую полицию, а до выдачи зарплаты оставался один день.

Тем временем Улссон, видя, что остальные его требования выполнять не торопятся, стал угрожать расправой над заложниками. А для убедительности во время телефонного разговора с властями начал душить одну из женщин, чтобы ее хрип был слышен в трубке.

Неожиданно спустя два дня отношения между бандитами и заложниками улучшились. Они общались, рассказывали о своей жизни, играли в «крестики-нолики». Жертвы вдруг потребовали от полиции прекратить операцию по освобождению. Одна из женщин сама позвонила премьер-министру и сообщила, что преступники симпатичны заложникам, и потребовала выполнить все, что им обещано.

Улссону надо было как-то показать властям, что он готов к решительным действиям, и он решил ранить одного из заложников. Женщины стали уговаривать коллегу-мужчину выступить в роли жертвы. И уговорили, но, к счастью, этого удалось избежать. Зато мужчина после освобождения заявил, что ему было даже приятно, что выбор пал на него.

28 августа полиция предприняла газовую атаку, заложники были освобождены, а преступники арестованы. Даже после этого четверо заложников наняли адвокатов для своих захватчиков, и в дальнейшем между ними сохранились теплые отношения. А на суде они заявили, что боялись не бандитов, а полиции.

Психиатр Нильс Бейерут, консультировавший полицию во время операции, предложил для подобных явлений использовать термин «стокгольмский синдром».

ОТ ЖЕРТВЫ ДО ТЕРРОРИСТКИ

Совершенно невероятный случай проявления стокгольмского синдрома произошел с Патрисией Херст, внучкой американского миллиардера. Девушка была похищена из своего дома в феврале 1974 года террористической организацией SLA. Две недели похитители держали Патрисию в шкафу с завязанными глазами и кляпом во рту. Причем первые дни ей не давали есть, не пускали в туалет и насиловали.

Требования террористов были не совсем обычными: каждому нуждающемуся жителю Калифорнии продовольствия на 70 долларов и огромный тираж их пропагандистской литературы. По приблизительным подсчетам выполнение этих условий обошлось бы семье девушки в 400 млн долларов.

Поэтому встречное предложение было таково: 6 млн долларов тремя частями. После того, как две первые части были выплачены, и оставался один день до освобождения заложницы, SLA предъявила аудиообращение Патрисии, в котором та заявила, что вступает в организацию, а в семью не вернется.

После этого бывшая жертва участвовала в ограблении двух банков, супермаркета, угоняла автомобили, захватывала заложников вместе с остальными членами организации и занималась изготовлением взрывчатки. В 1975 году она была арестована.

После проведенной психиатрической экспертизы выяснилось, что у девушки имеется расстройство психики, полученное от пережитой беспомощности и крайнего ужаса. Именно поэтому у нее понятия «плохой» и «хороший» поменялись местами и Патрисия стала отождествлять себя с террористами.

МНЕНИЕ СПЕЦИАЛИСТОВ

Ученые считают, что стокгольмский синдром не является психическим заболеванием. По их мнению, это нормальная реакция психики на обстоятельства, способные нанести ей травму. Синдром почти всегда развивается по одному и тому же сценарию: заложники начинают чувствовать симпатию к похитителям и недоверие к властям, а затем и преступники начинают испытывать положительные эмоции к заложникам.

В первую очередь поведение жертвы можно объяснить надеждой на снисхождение в случае повиновения, поэтому заложники стараются слушаться и пытаться найти оправдание преступнику, чтобы вызвать у него одобрение. Они понимают, что спастись можно, только если не провоцировать террориста на решительные меры.

Другой рычаг этого механизма состоит в том, что люди, находясь в шоковом состоянии от переживаемого ужаса, истолковывают действия преступника в свою пользу. Это позволяет хоть немного избавиться от страха. А привязанность к террористу, возникающая у жертвы, создает у нее некое мнимое ощущение безопасности. Ведь не может же этот симпатичный человек представлять реальную угрозу жизни!

Есть еще одна причина возникновения синдрома. Жертва начинает ошибочно полагать, что если будет действовать с преступником заодно, то сможет оказаться под его покровительством, а значит, в безопасности. Известно, что стокгольмский синдром проявляется, если заложники и захватчики находятся вместе в закрытом пространстве не менее 3-4 дней. За это время они успевают ближе познакомиться.

Жертвы проникаются проблемами и требованиями террористов и начинают считать их справедливыми, они готовы даже простить бандитам то, что те подвергали их жизнь опасности. Более того, пленники начинают бояться полицейского штурма, так как, по их мнению, вероятность погибнуть при штурме больше, чем от руки захватчика.

Читайте также:  Синдром отличника или отличницы: у взрослых и детей, признаки, избавление

Сейчас, когда о стокгольмском синдроме стало известно, сотрудники правоохранительных органов во время антитеррористических операций стараются поощрять его развитие у заложников. Это необходимо для того, чтобы ситуация пришла к своей последней фазе — возникновению у преступника симпатии к жертве. Тогда шансы на выживание у последней возрастают.

Вообще, стокгольмский синдром возникает в одном из двенадцати случаев захвата заложников. Препятствиями для установления связи могут послужить расовые, национальные, религиозные разногласия или неадекватность, истеричность террористов.

Надо сказать, что от возникшего синдрома избавиться довольно сложно, он действует достаточно длительное время.

БЬЕТ-ЗНАЧИТ ЛЮБИТ

Когда речь заходит о стокгольмском синдроме, возникают ассоциации с экстремальными ситуациями: захватом заложников, тюрьмами, войнами и т. д.

Но его проявления есть не только в случаях преступного насилия, довольно часто мы можем наблюдать синдром в обычной жизни (руководитель — подчиненный, преподаватель — ученик, глава семьи — домочадцы и др.).

По сути, всюду, где слабые зависят от сильных, может возникнуть стокгольмский синдром.

Первые надеются, что в случае их безоговорочного послушания второй проявит снисхождение и одобрение. А если сильный еще не только строг но и справедлив, то преданность со стороны слабого ему обеспечена.

Хорошим примером бытового синдрома могут служить брачные традиции некоторых народов. В некоторых местах еще сохранилась традиция похищения невесты.

Конечно, в наше время это уже скорее спектакль, но бывают и исключения, когда девушку крадут без ее согласия. Она находится в доме жениха длительное время под охраной родственников и постепенно привязывается к похитителю.

И даже получив возможность вернуться в родной дом, не использует ее.

Но это из разряда экзотики, а вот домашнее насилие встречается довольно часто. Ведь не зря существует поговорка «Бьет — значит любит». Она как нельзя лучше характеризует травматическую связь между жертвой и насильником.

Большинство случаев проявления стокгольмского синдрома бывает у женщин, которых бьют мужья.  Тем не менее, страдая, женщина скрывает происходящее и порой даже находит оправдание агрессору. Конечно, причин для этого довольно много: материальная зависимость, благополучие детей, стыд и прочее. Но все это те же проявления стокгольмского синдрома.

Или причиной возникновения синдрома могут быть отношения между родителями и детьми — когда у ребенка складывается ощущение, что его не любят. И он винит в этом себя, что он неправильный человек, что любить его не за что.

Таким образом возникает все та же психология жертвы: не пререкайся, даже если не прав — и не будешь наказан. Это очень сложная ситуация, ведь ребенок не может ничего изменить, находясь в зависимости от домашнего тирана.

Кроме того, нередко стокгольмский синдром возникает у жертв изнасилования.

ДОЛГОЕ ЛЕЧЕНИЕ

Приобрести эту болезненную зависимость легко, а вот избавиться от нее гораздо сложнее. Здесь просто необходима помощь опытного психиатра. Человек, страдающий стокгольмским синдромом, не отдает себе отчета в том, что с ним что-то не так.

Его поведение и убеждения кажутся ему логичными. Он будто изолирован от внешнего мира с его нормальными понятиями. Известно, что психологическая реабилитация после похищения или захвата в заложники происходит довольно быстро, врачу, как правило, удается поставить «хорошо» и «плохо» на свои места.

Сложнее дело обстоит с бытовым синдромом. Жертв домашнего насилия трудно убедить в том, что они нуждаются в помощи. Они не желают покидать свой мир, хоть и живется в нем не слишком хорошо. Чтобы помочь жертве преодолеть синдром, прежде всего нужен кто-то, кто окажет материальную и моральную поддержку.

Это необходимо для того, чтобы жертва почувствовала себя увереннее и не воспринимала ситуацию безнадежной. Лечение стокгольмского синдрома надо начинать как можно раньше, иначе процесс станет необратимым.

Конечно, никому не пожелаешь оказаться в условиях, когда возникает этот синдром, но предупрежден — значит вооружен. Мы не знаем, какие сюрпризы в стрессовой ситуации может преподнести подсознание. Поэтому психологи советуют сохранять внутренние убеждения, даже если приходится выглядеть покорным.

То есть надо анализировать свое внутреннее состояние и не терять способности мыслить логически. И рано или поздно выход из любой безвыходной ситуации найдется.

Галина БЕЛЫШЕВА

Источник: http://paranormal-news.ru/news/zagadki_chelovecheskoj_psikhiki_stokgolmskij_sindrom/2015-12-15-11654

Что такое стокгольмский синдром и как помочь человеку вырваться

Когда Вольфганг умер, Наташа плакала. Позже она зажгла свечу в его память. Это выглядело бы трогательно, если бы не бэкграунд данного события.

Наташа Кампуш — это девушка, которую в 10‑летнем возрасте похитил маньяк и восемь лет держал в подвале, используя в качестве сексуальной рабыни. Вольфганг Приклопил — тот самый преступник, из рук которого Наташа в итоге чудом сбежала.

История Кампуш и Приклопила лишь один из примеров того, как проявляется психологический феномен под названием стокгольмский синдром. Иногда такие сюжеты выглядят скандально и даже пугающе. Но синдром гораздо распространённее, чем кажется.

Вполне возможно, он есть и у вас. Просто вы об этом пока не знаете.

Что такое стокгольмский синдром

Скорее всего, историю этого термина вы хотя бы краем уха слышали: она достаточно популярна. Поэтому напомним лишь в общих чертах.

В 1973‑м вооружённые террористы захватили крупный банк в Стокгольме. В заложниках оказались четыре банковских служащих. Преступники обвесили жертв взрывными устройствами и на шесть дней поместили в маленькую комнатку. У заложников не было возможности встать и размяться. Нормально сходить в туалет. Первые дни они провели под постоянной угрозой быть застреленными за малейшее неповиновение.

Но когда полиции удалось освободить их, выяснилось странное. Жертвы не держали зла на своих мучителей. Напротив — сочувствовали им. «Не трогайте их, они не сделали нам ничего плохого!», — кричала одна из работниц, прикрывая террористов от полицейских.

Чуть позже другая призналась, что считала одного из агрессоров «очень добрым» за то, что тот позволил ей двигаться, когда она лежала на полу банка. Третий заявил, что испытывал признательность похитителям: «Когда он (Олссон, террорист.

— Лайфхакер) хорошо с нами обращался, мы считали его чуть ли не богом».

Психиатр‑криминалист Нильс Бейерот, анализировавший эту историю, назвал парадоксальную привязанность жертв к мучителям стокгольмским синдромом.

Тогда же, в 1970‑х, психиатры столкнулись с данным феноменом ещё не раз. Чего стоит знаменитое похищение Патти Хёрст, наследницы знаменитого медиамагната, всего через год после Стокгольма. Девушку много дней держали в тесном шкафу, насиловали, избивали. Закончилось всё тем, что Патти влюбилась в одного из похитителей и искренне вступила в их группировку.

Что заставляет людей привязываться к насильникам

На самом деле стокгольмский синдром — это даже естественно. Механизм его возникновения тесно связан с инстинктом самосохранения — одним из мощнейших человеческих инстинктов.

Во‑первых, симпатия к агрессору снижает риск быть убитым. Если вы улыбаетесь, демонстрируете послушание и понимание, то, возможно, насильник сжалится и подарит вам жизнь.

В человеческой истории, переполненной войнами и захватами, такое случалось миллионы раз. Мы все — потомки людей, которые выжили лишь потому, что однажды продемонстрировали симпатию к агрессорам.

Стокгольмский синдром, можно сказать, зашит в наших генах.

Во‑вторых, проявление этого синдрома повышает групповую выживаемость, поскольку служит объединяющим фактором между жертвой и агрессором. Раз уж вы оказались в одной команде, пусть даже против воли, выгоднее для всех — не прибить друг друга.

Косвенный бонус: если кто‑то спешит на помощь, а вы дерётесь с агрессором, то в пылу сражения освободитель может убить и вас. Поэтому заложнику выгоднее сохранять мирные подчинённые отношения с насильником: со стороны так понятнее, кто есть кто.

Стать жертвой стокгольмского синдрома может каждый. Достаточно лишь создать для этого условия.

В большинстве случаев стокгольмский синдром — следствие сильной психологической травмы. Потрясение такого уровня, которое убеждает человека: его жизнь висит на волоске и ему не на кого положиться. Кроме разве что насильника — единственного активного субъекта, оказавшегося рядом, с которым связан пусть крохотный, но всё-таки шанс на выживание.

Как выглядит стокгольмский синдром в обычной жизни

Чтобы стать жертвой синдрома, необязательно попадать в ситуацию похитителей и заложников.

Достаточно всего трёх условий :

  • психологической травмы, связанной с угрозой для жизни;
  • близких отношений, в которых существует серьёзная разница в силе и возможностях сторон;
  • сложностей с тем, чтобы покинуть эти отношения.

Пример 1: отношения между жестоким родителем и ребёнком

Мать или отец могут оскорблять ребёнка, пренебрегать им, жестоко наказывать физически. Но иногда, в приступах хорошего настроения, дадут конфету. Или улыбнутся ему. Этого достаточно, чтобы ребёнок запомнил только светлые моменты, а родитель стал для него «почти богом», как террорист Олссон в глазах захваченных им банковских служащих.

Впоследствии такие дети будут защищать взрослых от, например, приехавших по вызову полицейских. Или лгать окружающим, уверяя, что синяки — это не от побоев, а от простого падения.

Пример 2: насилие в паре

Насилие в семье, когда кто‑то, чаще женщина , испытывает зависимость от своего жестокого партнёра, — классика бытового стокгольмского синдрома. Развивается всё по той же схеме.

Сначала жертва оказывается в травмирующей ситуации, когда ей неоткуда ждать помощи, а насильник, кажется, держит её жизнь в своих руках.

Затем агрессор преподносит жертве «конфету»: демонстрирует искреннее раскаяние, дарит подарки, рассказывает о любви.

Позже побои продолжаются, но жертва уже на крючке: она помнит редкие светлые моменты и начинает даже сочувствовать агрессору. «Он хороший, просто я его довожу». Такие мучительные отношения, полные физического и психологического насилия, могут тянуться много лет.

Пример 3: жестокий начальник или гуру в религиозных сектах

«Он жёсткий, но справедливый», — наверняка вы слышали подобные формулировки. Отношения с вышестоящим самодуром, который изредка балует похвалой, тоже могут являться своеобразной формой этого психологического феномена. В таких случаях говорят о корпоративном стокгольмском синдроме.

Как распознать стокгольмский синдром

Общепринятых диагностических критериев, которые позволили бы выявить стокгольмский синдром, не существует. Во многом это связано с тем, что данный феномен не является официально признанным заболеванием или психическим расстройством. Вы не найдёте его ни в одном авторитетном психиатрическом руководстве. Синдром рассматривается, скорее, как неосознанная стратегия выживания.

Однако некоторые общие признаки, по которым можно распознать жертву стокгольмского синдрома, всё-таки существуют. Вот они .

  • Понимание, которое человек проявляет к насильнику. «Это не он, это обстоятельства вынудили его так поступать».
  • Позиция «Я сам виноват». Жертва может рассуждать так: если я буду вести себя «правильно», отношение ко мне изменится.
  • Вера в доброту агрессора. «Он хороший, просто характер взрывной».
  • Чувство жалости к мучителю. «Он такой, потому что отец бил его в детстве». «Он такой, потому что общество не признаёт его талант!»
  • Самоуничижение, безоговорочное признание власти агрессора. «Без него я ничего не стою». «Без него я пропаду».
  • Нежелание расстаться с насильником. Ведь «Он бывает добр ко мне», «Он меня ценит».
  • Нежелание сотрудничать с обществом или полицией в привлечении мучителя к ответственности. «Не надо вмешивать в наши отношения посторонних людей». «Полиция просто отправит его в тюрьму не разобравшись, а ведь он был добр ко мне, я не хочу быть неблагодарным».
Читайте также:  Йога для расслабления снятия усталости и стресса

Как помочь человеку, у которого стокгольмский синдром

Вот несколько правил, которые помогут вытащить жертву из болезненных отношений.

1. Предложите психотерапию

Идеально, если вам удастся уговорить жертву отправиться к психотерапевту. Специалист поможет разложить происходящее по полочкам. Обозначит, что происходит с человеком. Заставит того задуматься о ненормальности ситуации. Это самый эффективный способ избавления.

Если возможности для визитов к профессионалу нет, попробуйте сами подтолкнуть жертву к размышлениям. В разговорах будто случайно, без давления, обозначайте важные точки. «На людей нельзя кричать: это неуважение». «Никто не имеет права поднимать руку на другого человека». Предложите почитать статью о стокгольмском синдроме. Просвещение — важный шаг к избавлению от болезненной зависимости.

2. Не давайте советов и не давите

Жертва насилия должна иметь право принимать собственные решения. Если вы разговариваете с человеком с позиции «Я лучше знаю, что тебе делать», вы лишь в очередной раз подпитываете его беспомощность.

3. Выслушивайте, но не судите

Возможность рассказать кому‑то о своих переживаниях искренне и честно, без страха услышать в ответ: «Ты сам дурак», критически важна. Она помогает человеку избавиться от лишних эмоций и включить рациональное мышление.

4. Используйте метод Сократа

Древнегреческий философ полагал: человек сам может осознать, что с ним происходит, если задавать ему наводящие вопросы. Искренне интересуйтесь у жертвы, как она сама видит ситуацию. Что чувствует по этому поводу. К какому финалу может привести происходящее. Не делайте утверждений или оценок. Просто спрашивайте и слушайте.

5. Избегайте поляризации

Не пытайтесь убедить человека, что агрессор — злодей. Это может привести к противоположному результату: жертва «поляризуется» — станет на одну сторону с обидчиком против всего мира.

6. Определите крючок, на котором держится стокгольмский синдром, и разрушьте его

Иногда такой крючок очевиден. Например, женщина не может разорвать отношения с мужем‑насильником просто потому, что полагает: ей некуда идти. Или потому, что боится потерять материальные блага, которые даёт ей агрессор в моменты хорошего настроения. Иногда крючок спрятан более глубоко.

Помогите жертве определить, какую именно потребность она пытается удовлетворить в этих болезненных отношениях. Осознание, что именно держит человека рядом с насильником, — первый шаг к освобождению.

❗️❗️❗️

Источник: https://Lifehacker.ru/stokgolmskij-sindrom/

Самое интересное в блогах МК

По роду деятельности, время от времени мне доводится наблюдать за развитием отношений, основу которых составляет садо-мазохистический компонент в широком смысле этого слова. Подобные отношения всегда мучительны для обоих сторон, но особенно для той стороны, которая в данный момент времени находится в позиции жертвы. Предлагаю сегодня поговорить о парадоксальном функционировании психики жертвы, которая всегда находится в созависимых отношениях. И разобраться с тем, как не стать жертвой, как предотвратить попадание детей в ситуации насилия и злоупотребления. В психоаналитическом ключе мы называем такие отношения симбиотическими, так как при всех мучениях и страданиях ни одна из сторон не чувствует в состоянии эти отношения прервать или закончить. Чувства при этом очень амбивалентны, то есть противоречивы. Наверняка Вам известны истории про пьющих и бьющих мужей, которых жена сдает в полицию (раньше – милицию) или в случае «белой горячки», то есть алкогольного психоза вызывает специализированную бригаду, а потом места себе не находит от чувства вины, сопровождающего мысли о том, как плохо с ним там обращаются «эти люди», невкусно кормят, держат в холоде, ну и т. д.

Вспоминается стокгольмский синдром. Авторство термина «стокгольмский синдром» по некоторым данным принадлежит криминалисту Нильсу Биджероту, который анализировал ситуацию в Стокгольме во время захвата заложников в августе 1973 года. Она характеризовалась тем, что заложники начали симпатизировать захватчикам.

Сегодня это понятие используется в психологии для описания ситуации, когда человек, подвергающийся какой-либо агрессии, проявляет симпатию и сострадание к своему обидчику.

В подобной ситуации жертву насилия не обуревает гнев или протест, а, наоборот, она начинает чувствовать психологическую связь с агрессором, пытается оправдать его действия, а в некоторых случаях даже перенимает его идеи или начинает обвинять себя.

В описанных выше ситуациях речь идет об отношениях между взрослыми людьми, а в случае со стокгольмским синдромом и вовсе о чрезвычайной ситуации захвата, которую можно отнести к экстремальным.

Однако так ли редко этот синдром встречается в обычной жизни? Пожалуй, повсеместно и чаще, чем мы предполагаем. Ведь «обидчиком» в некоторые моменты времени, может быть, любой человек, даже самый близкий.

Давайте попробуем обратиться к истокам этого явления и понять, когда и каким образом формируется синдром жертвы, почему некоторые люди бессознательно встают на этот путь. Как и многое другое в человеке, склонность к чрезмерной жертвенности (впрочем, как и к чрезмерной агрессивности) формируется в раннем детстве и закрепляется вплоть до подросткового возраста.

Например, ребенок приносит тройку, его наказывают, второй раз приносит тройку – его ударяют, третий раз принес двойку, а у родителей – хорошее настроение, ребенка не наказали. Что будет чувствовать ребенок? Он запретит себе злиться на родителей за первые два наказания, но преисполнится чувства благодарности за отсутствие его в третий раз.

А спустя несколько лет наказание и вовсе забудется, останется только история о снисхождении родителей, когда за двойки – не наказывают. Это просто пример. Но таких примеров очень много.

У психоаналитиков есть определённое понимание, что, когда клиент приходит в психологическую работу и рассказывает о родителях истории, в которых они выступают обычными людьми, со своими достоинствами и недостатками – это хороший признак.

Если же клиент говорит о матери как об идеальном объекте, которая никогда не злилась и пальцем не трогала, ему позволено было все и даже больше, повода к конфликтам никогда не возникало – здесь надо быть внимательным! Почему? Есть такое понятие как психологические защиты.

Когда нам больно, страшно, мы злимся, завидуем – мы вынуждены защищаться. Но защищаемся мы от своих собственных чувств. Не купили игрушку, которую хотелось, психика говорит «да не очень-то и хотелось, будет лучше». Ударил сверстник больно, а малышу стыдно свою уязвимость показать, он говорит: «Не больно мне совсем». Так и с родителями.

Если мама позволяет ребенку на себя злиться, обижаться, гневаться, да даже просто расстраиваться по своему детскому поводу, то ребенку не надо защищаться, он, вспоминая, говорит, уже будучи взрослым: «Ох как же я тогда разозлился на маму, когда она меня наказала» ….

А вот если на чувства запрет, то тут уж психике приходится придумывать и изыскивать любые способы, чтобы защититься. Знаете ли Вы, у каких детей «идеальные» родители? У детей из детдома, у детей, у которых нет реальных родителей, которые не успели их разочаровать.

Малыши придумывают тысячи сюжетов про жизненные трудности мамы и папы, желая их оправдать и веря, что «мама найдется». Знаете ли Вы, как отчаянно защищают дети алкоголиков своих родителей. Получается, что психология жертвы предполагает защиту своего обидчика.

Если с ребенком обращаться жестоко, используя его, избивая, унижая, в бессознательном у него формируется устойчивое представление о себе как о плохом, а значит, виноватом. Следовательно, другая сторона – должна быть оправдана. Сильно наказывают и бьют – значит, сильно виноватым. И в будущем такой человек обязательно будет повторять этот же сценарий в уже взрослых отношениях.

Что ж до обидчиков… Есть тип взрослых людей, страдающих нарциссическими расстройствами, которым очень нужен кто-то другой для опоры, но только лишь для того, чтобы причинять ему боль и пытаться его разрушить.

Это люди, грубо обращающиеся со своими близкими, страдают частыми перепадами настроения, их может вывести из себя лишняя ложка сахара в чае, при этом на более серьезный «промах» со стороны партнера они могут «снисходительно» закрыть глаза. Чаще всего так поступают мужчины со своими женщинами, а вот женщины чаще так поступают со своими детьми нежели с мужьями.

Но суть не меняется: отыгрываются на более слабых и зависимых. Таким образом их непредсказуемость расшатывает психику, создавая ситуацию неопределенности. Они часто держат партнера или всю семью в страхе и напряжении, говорят противоречивую информацию, отвергают и унижают, но часто делают это так, что окружающим это незаметно, либо со стороны в это вообще трудно поверить.

При этом жертва таких отношений не может их прекратить, потому что самое сильное чувство из испытываемых ею — это чувство вины и надежда на то, что если она все будет делать правильно, то он изменится. Ей постоянно жалко садирующую сторону.

Какова же профилактика здоровых отношений?

Например, ребенок потерялся, его нашли живым и здоровым и наказали.

За что? За то, что с ним все в порядке? Родители любят его, это понятно, испугались сильно, нервы сдали! Но разве лучше было бы, если бы с ним что-то случилось.

Радоваться ведь надо, что все благополучно разрешилось. Обнять бы его и сказать: «Милый, как я испугалась за тебя!» Психика так устроена, что, если бьют или наказывают от «любви», ребенок

начинает считать это нормой, в голове у него происходит подмена понятий, путаница, становится почти невозможно отличить, любовь от жестокости, силу от насилия.

В это трудно поверить, но агрессор и жертва – две стороны одного и того же явления. Каждый садист в прошлом – жертва.

У подавляющего большинства преступников было тяжелое детство, и чем тяжелее преступления ими свершенные, тем больше их детская часть подвергалась страданиям и беспомощности в детстве.

Другое дело, что не столь важно, что с нами сделали в детстве, важно, что мы с этим сможем сделать, когда вырастем.

Что можем мы сделать для себя и для своих детей, чтобы они были более счастливыми в гармоничных отношениях? Детей надо любить таким образом, чтобы они не считали жестокость нормой, чтобы несправедливое отношение к ребенку вызывало у него возмущение и несогласие, чтобы он чувствовал жестокость на расстоянии и не считал грубое обращение с собой своей историей.

На фото Патрисия Хёрст — жертва террористов, перешедшая впоследствии на их сторону. Яркий пример проявления «стокгольмского синдрома».

просмотров: 11173

Источник: https://www.mk.ru/blogs/posts/stokgolmskiy-sindrom-otnosheniya-agressora-i-zhertvy.html

Ссылка на основную публикацию